Вернуться и конкурировать
Роман Гришин – об изменениях в работе «Центра спортивной подготовки сборных команд России» и личном спортивном опыте
Досье \ Роман Гришин
- Родился в городе Сердобске Пензенской области 21 июля 1991 года
- Окончил Михайловскую военную артиллерийскую академию
- Вошел в состав 83 участников первого потока президентской кадровой программы «Время героев»
- С февраля по июнь 2025 года – заместитель директора по развитию инновационных видов спорта Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный центр подготовки спортивного резерва»
- С 27 июня 2025 года – исполняющий обязанности директора, с 16 сентября 2025 года – директор ФГБУ «ЦСП»
В 2026 году российские спортсмены начали возвращаться на международную арену и уже выступили на чемпионатах мира и Европы в ряде видов спорта. Насколько сегодня российский спорт готов к полноценной конкуренции с мировыми лидерами? Об этом мы поговорили с директором ФГБУ «Центр спортивной подготовки сборных команд России» Романом Гришиным. А начали разговор с его собственного спортивного опыта и нестандартного пути в спортивном управлении.
Занимались ли вы спортом в детстве? Какими видами и насколько серьезно? Остался ли спорт частью вашей жизни сегодня?
Конечно. Мама даже иногда шутила, что сначала я научился бегать, и лишь потом ходить. Попробовал себя в единоборствах – карате, потом были бокс и футбол. Представлял школу в турнирах по волейболу и баскетболу. Во время учебы в Михайловской военной артиллерийской академии активно выступал на соревнованиях. Причем не только в тех видах, которыми занимался в детстве. Стал кандидатом в мастера спорта по армейскому рукопашному бою. Продолжаю заниматься футболом и боксом, пробую себя в других видах спорта.
Вы вошли в первый поток президентской кадровой программы «Время героев», а затем пришли в спортивную сферу. Насколько это был ваш собственный выбор? Почему предпочли именно спорт?
Поступая на программу, рассматривал ее как дополнительное высшее образование. В то время не думал о том, что нас заберут из войск и будут отправлять на стажировку в государственные органы, в том числе министерства. Моим наставником стал министр спорта России, председатель Олимпийского комитета России Михаил Дегтярев. Стажировался в министерстве в должности рядового специалиста. Затем меня отправили в Федеральный центр подготовки спортивного резерва, в феврале прошлого года был назначен заместителем директора. А еще через полгода стал директором ЦСП.
Изначально было непросто. Я привык руководить, спрашивать с подчиненных. А когда начинал рядовым специалистом, за весь участок работы отвечал сам. Документооборот в министерстве масштабный, надо вникнуть в каждую бумажку, согласовать с различными ведомствами. Понимать, откуда берутся деньги и как их распределить, чтобы хватило всем.
С чего начали работу в ЦСП? Какие изменения считали необходимыми в первую очередь?
Со знакомства со всеми сотрудниками. Пообщался с каждым, поинтересовался, какие есть потребности, сложности. Что нового хотели бы привнести в работу. Прямо спросил у министра: «Какие стоят задачи? Какого результата ожидаете?» Получил задачу, и началось планирование. Важно оптимизировать бюрократические процессы таким образом, чтобы они проходили бесшовно, а спортсмены и тренеры их не чувствовали. При работе стали сталкиваться с заминками: где-то документы долго лежат на подписи, в другом управлении раздут штат, и силы надо перераспределить. Масштаб организации достаточно большой, поэтому мы до сих пор где-то занимаемся оптимизацией. Задача в том, чтобы прохождение запроса от спортсмена через руководителя федерации до нас и министра шло быстро и не возникало организационных накладок. Благо команда Минспорта России во главе с Михаилом Владимировичем и его заместителями всегда оказывают всю необходимую поддержку, помогают, подсказывают – в общем, делятся своим опытом достаточно открыто.
За короткий срок вам удалось оптимизировать расходы организации: по итогам пересмотра закупочных процедур экономия составила более 73 млн рублей. Какие решения дали наибольший эффект? Что сегодня еще требует донастройки в работе ЦСП?
Надо анализировать не сухую статистику, а процессы. Точки, где у нас идет торможение прохода информации или документов. Мы скорректировали закупочные процедуры и поняли, как надо перераспределить средства, чтобы федерациям хватало того, что мы приобретаем. Оказалось, что не все заявленные потребности существовали в действительности. Когда начинаешь конкретизировать какие-то запросы, оказывается, что они излишни. Люди жили в парадигме: вдруг допустят к международным стартам – пригодится. Сейчас идет подготовка к Олимпийским играм 2028 года, нужно некоторые запросы перераспределить с одной федерации на другую. Определяем, кому нужнее те или иные закупки.
По итогам 2025 года ЦСП выполнил государственное задание на 101%. Какие показатели, помимо финансовой эффективности и выполнения госзадания, вы считаете ключевыми для оценки работы Центра?
В первую очередь, учебно-тренировочные мероприятия. Баз и инфраструктуры у нас хватает, просто надо грамотно ее распределить между федерациями. Раньше спортсмены стремились съездить на сборы в Европу, сейчас есть запрос организовать их в российских горах.
Из-за отсутствия возможности выступать на международных соревнованиях мы начали проводить их у себя, приглашать иностранных спортсменов. Мы усилили некоторые направления, нарастили сильные качества, которые у нас и так были. Приведу пример. База паралимпийцев находится в Алексине Тульской области. Благодаря увеличению финансирования со стороны региона и работе Российского спортивного фонда ее работа стала значительно более эффективной.
В целом многое упирается в приоритеты, планирование. Можно провести сборы на Сахалине или в Турции. В первом случае долго и дорого лететь, но это наш объект. Если работаем вдолгую, надо развивать его. Но когда хотим показать результат здесь и сейчас, проще слетать в Турцию и там же после сбора поучаствовать в соревнованиях. Это снимает вопрос с акклиматизацией, помогает продемонстрировать более высокий результат. К тому же перенимаем опыт подготовки у спортсменов из других стран. В каждом конкретном случае делаем выбор исходя из задач и приоритетов.
Вы регулярно посещаете спортивные объекты и лично пробуете разные виды спорта. Какой из них за последнее время произвел на вас наибольшее впечатление? Есть ли дисциплина, которую после личного опыта вы стали воспринимать иначе?
Ко всем дисциплинам отношусь серьезно. Удивил падел, прежде всего масштабами развития, в него играет очень много людей. В Екатеринбурге на Международном фестивале молодежи увидел, что это совершенно недорого. В целом ракеточные виды спорта меня поразили своей сложностью, хотя визуально выглядят простыми. Даже сквош, где порой сложно уследить за мячиком.
Если оценивать состояние российского спорта по результатам последних нескольких лет, в каких видах спорта ситуация заметно улучшилась, а где, напротив, возникли проблемы? Какие направления сегодня требуют наибольшего внимания ЦСП?
Есть федерации, которые проседают на международной арене, но это происходит не по их вине. Та же легкая атлетика, где есть спортсмены, демонстрирующие выдающиеся результаты. Полина Кнороз в прыжках с шестом делает это из года в год. Поэтому я бы не говорил о том, что какие-то федерации проседают. Объективно мы можем говорить только о видах, где спортсмены уже допущены на международную арену. Представители водных видов завоевали много медалей на чемпионате Европы, но можем ли мы говорить, что они сильнее легкоатлетов? Не факт. Просто у них общая ситуация лучше. Порадуемся за то, что спортсмены могут побеждать, прославлять Россию. Во всех видах спорта ситуация неплохая: команды готовятся с прицелом на то, чтобы при допуске на международную арену составить достойную конкуренцию мировым лидерам.
В каких олимпийских видах уже созданы необходимые условия, а где сохраняется объективная потребность в зарубежных тренировочных сборах?
В первую очередь там, где требуется горная подготовка. Качество снега значительно варьируется в зависимости от конкретной локации. Есть и другие нюансы. В частности, на международном уровне запрещены лыжные мази с содержанием фтора, а в России они используются. Получившие нейтральный статус лыжники Савелий Коростелев и Дарья Непряева на собственном примере увидели, что подготовка инвентаря в таких условиях значительно отличается.
В то же время делать акцент только на зарубежные сборы неправильно. У нас тоже есть необходимая для подготовки инфраструктура, что доказывается примерами, когда спортсмены выигрывали международные соревнования сразу после того, как получили возможность выступать на них.
Сейчас идет подготовка к Олимпийским играм 2028 года, нужно некоторые запросы перераспределить с одной федерации на другую. Определяем, кому нужнее те или иные закупки
Сохраняется ли у российских спортсменов достаточная мотивация соперничать с сильнейшими на чемпионатах мира и других крупных международных стартах? Не возникает ли ситуации, когда внутренние старты становятся комфортнее и финансово привлекательнее международной конкуренции?
Здоровые амбиции для того, чтобы побеждать мировых лидеров, есть у всех спортсменов. Где-то отстранение даже пошло на пользу, потому что атлеты увидели, что внутри страны высокая конкуренция. Призовые на внутренних стартах действительно выросли, чтобы поддержать наших атлетов в отсутствие международных стартов.
Какие российские спортивные федерации вы сегодня считаете наиболее эффективными с точки зрения управления и подготовки спортсменов? Что отличает их работу от менее успешных организаций?
На Восточном экономическом форуме Михаил Дегтярев четко дал понять: все СМИ должны получить доступ к спортсменам и руководителям федераций. Министерство ведет «Медиарейтинг федераций» – проект, который оценивает активность организаций в социальных сетях и СМИ. Мотивация имеется, и те, кто пока отстает, со временем изменятся и улучшат работу. Лучшие допущены к международным соревнованиям, и это заслуга в том числе их самих, а не только Олимпийского комитета России и Министерства спорта. Остальные знают, что нужно делать. Сейчас уже нет тех, кто говорит: «Выступать в нейтральном статусе не станем», на международную арену хотят все. Министр спорта, председатель Олимпийского комитета России со своей командой проделал очень большую работу в этом направлении, именно по его прямому поручению главы федераций по видам спорта, в частности Дмитрий Мазепин из Федерации водных видов спорта, сами общаются со своими зарубежными коллегами и главами международных организаций.
Есть спортсмены, которые снимают контент в социальных сетях не только для себя, но и для федераций. Популяризируют свои виды. Мы с ними взаимодействуем, помогаем. Хотим, чтобы популяризировали не только именитых атлетов, но и восходящих звездочек. Готовы помогать, подсказывать, что нужно делать.
Если смотреть на перспективу пяти лет, какие изменения в системе подготовки сборных команд России вы считаете необходимыми? Что нужно сделать уже сейчас, чтобы российские спортсмены могли не просто возвращаться на международные старты, но и претендовать на максимальные результаты?
Самой сильной нашей стороной должна стать инфраструктура, в которую вкладываемся и стараемся развивать. Второе – взаимодействие со Всемирным антидопинговым агентством в вопросах фармакологии. Она важна, потому что правильное восстановление дает большой плюс к стабильным результатам. Третье – медицина. Федеральное медико-биологическое агентство проводит значительную работу по обследованию спортсменов, дает рекомендации по массажу, восстановлению. Федеральные спортивные базы оснащены оборудованием и специалистами по реабилитации и восстановлению. Триада инфраструктура – фармакология – медицина принесет нам успех, но начинать надо с детско-юношеского спорта, чтобы спортсмены задумывались об опасности применения допинга и следили за своим здоровьем с раннего возраста.
