Александр Куприн – о том, как из талантливого ребенка вырастить теннисиста-профессионала
В созданной Александром Куприным Таганрогской теннисной академии начинал профессиональную карьеру призер Олимпийских игр в Токио и бывшая 14-я ракетка мира Аслан Карацев. Сегодня Куприн работает в Москве, где тренирует любителей и молодых спортсменов, нацеленных на профессиональную карьеру. О принципах работы теннисных академий, воспитании чемпионов и цене успеха он рассказал «Большому спорту».
Досье / Александр Куприн
- Родился в 1972 году
- Кандидат в мастера спорта по теннису
- Заслуженный тренер России
- Организатор школы тенниса и академии своего имени
- Личный тренер серебряного призера Олимпийских игр – 2020 в миксте Аслана Карацева и одного из сильнейших российских юниоров Егора Козлова
- Награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» I степени
До переезда в Москву вы руководили Таганрогской теннисной академией. Какие выводы сделали из этого проекта? Что взяли с собой в столицу, а что сегодня считаете ошибкой?
На этот вопрос можно ответить с двух точек зрения – как тренер и как руководитель. Потому что академия – это не только спортивная работа, но и огромная хозяйственная нагрузка.
В 2008 году грянул мировой финансовый кризис. Банк, в котором был оформлен кредит, поднял ставку с 12 до 21%. Для молодой академии, существовавшей всего год, это стало серьезным ударом. Мы только учились выстраивать все процессы. Параллельно я учился в Южном федеральном университете по специальности «управление на предприятии». Моя дипломная работа была посвящена маркетинговому плану Таганрогской теннисной академии. По сути, я описал на примере собственного проекта всю систему управления спортивным объектом.
Обычно, говоря о теннисной академии, представляют только корты, тренеров и детей. На самом деле это целый комплекс. У нас работали гостиница, ресторан, тренажерный зал, две сауны. Все эти объекты были открыты не только для воспитанников, но и для жителей города. Зимой на месте открытых кортов заливали каток – единственный тогда в Таганроге. Он пользовался огромной популярностью и приносил доход, который шел на погашение кредитов и развитие академии. Конечно, главным направлением оставалась подготовка молодых теннисистов. Но в 2015 году из-за финансовых трудностей академию пришлось продать.
После переезда в Москву я сознательно отказался от управления спортивным объектом. Теперь просто арендую корты и занимаюсь исключительно тренировочным процессом. Заплатил за аренду – и не думаю об отоплении, электричестве, ремонте или уборке. Кроме того, я работаю педагогом дополнительного образования в московской школе № 1287. Руководство разрешило уложить в одном из спортивных залов профессиональное покрытие хард, где мы и проводим тренировки.
Получается, тренер серебряного призера Олимпийских игр Аслана Карацева сегодня работает школьным учителем?
Именно так. Как тренер Карацева я был награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» I степени. Обычно подобные награды вручают в спортивных комитетах или по месту работы, но меня пригласили в здание правительства Москвы на Тверской. Награждение проводил лично Сергей Собянин. В ответном слове я поблагодарил его за развитие спорта в столице и сказал, что теперь точно знаю: путь к олимпийским медалям начинается в обычном школьном спортивном зале. Это не красивая метафора. До появления академии в Таганроге мы долгие годы тренировались именно в школьном спортзале.
Мне интересно сопровождать спортсмена годами, а не проводить разовые консультации. В такой работе тренер — это одновременно наставник, менеджер, специалист по физической подготовке и даже консультант по вопросам восстановления и питания
Звучит как классическая история успеха.
Только со стороны. Управление академией требует колоссального количества времени, сил и опыта. Очень часто хозяйственные вопросы начинают мешать главному – подготовке спортсменов.
Аслан был исключительно талантливым ребенком. Его родители практически не тратили деньги на спортивную карьеру сына. По нашему соглашению финансирование подготовки полностью лежало на мне. Мы привлекали спонсоров, помощь оказывали предприниматели, любители тенниса, а часть расходов покрывалась за счет прибыли академии.
Помню историю 2011 года. Для поездки на Уимблдон требовалось 3 тыс. евро. За два дня до окончания срока регистрации местный предприниматель Артем Екушевский согласился выделить 2 тыс. Благодаря этому Аслан смог поехать. На турнире в Рохэмптоне он дошел до полуфинала, победив по ходу соревнований Доминика Тима, и получил wild card в основную сетку Уимблдона.
История красивая, но подобных ситуаций было множество, и каждая требовала огромных организационных усилий. Сегодня работа в системе дополнительного образования позволяет мне сосредоточиться на самом важном – воспитании спортсменов.
То есть ваша главная цель – подготовка чемпионов, а не массовый спорт?
Мне всегда были интересны индивидуальная работа и долгосрочный результат. Теннис сложно назвать массовым видом спорта. Подготовка требует серьезных затрат. Чтобы прогрессировать, юный спортсмен должен постоянно участвовать в международных турнирах – условно говоря, летать от Сеула до Мехико. Чем раньше появляются результаты, тем быстрее находятся спонсоры и финансовая поддержка.
Если ребенок успешно выступает, его начинают приглашать ведущие мировые академии, иногда полностью оплачивая подготовку. Для них это тоже выгодно: успех одного воспитанника привлекает других спортсменов, которые уже занимаются на коммерческой основе. В моей школе есть и любительские группы, и детские секции. Но лично я работаю только с теми, кто строит профессиональную карьеру. Мне интересно сопровождать спортсмена годами, а не проводить разовые консультации. В такой работе тренер – это одновременно наставник, менеджер, специалист по физической подготовке и даже консультант по вопросам восстановления и питания.
Вы много лет дружите с Никитой Михалковым. Эта дружба как-то повлияла на ваш подход к работе?
В 2009 году Никита Сергеевич снимал в Таганроге несколько эпизодов фильма «Утомленные солнцем 2». Он давно увлекается теннисом, поэтому почти полтора месяца тренировался у нас в академии. С тех пор мы поддерживаем отношения, я бываю на его юбилеях и других мероприятиях. Самой ценной для меня стала возможность наблюдать за его работой. Меня поразило, насколько глубоко он погружен в процесс. Для него не существует мелочей: гримеры, операторы, технические службы – он контролирует буквально все.
Этот подход сильно повлиял и на меня. Работая с Асланом Карацевым, я понял: тренер отвечает не только за теннис. Он должен организовать всю систему подготовки.
Важно вовремя понять, когда спортсмену необходимо сменить тренировочную базу, климат, спарринг-партнеров. Иногда для следующего шага нужно просто оказаться в другой среде.
Даже климатические условия напрямую влияют на тренировочный процесс. На высоте воздух менее плотный, мяч летит быстрее, поэтому приходится менять натяжку струн. Во влажном климате мячи, наоборот, становятся тяжелее, и настройки ракетки снова приходится корректировать. Из таких, на первый взгляд, мелочей и складывается результат.
© Личный архив Александра Куприна
Вы также работали с Никитой Бердиным – первой ракеткой России среди юниоров.
Некоторые говорят, что мне просто повезло с Карацевым. Я так не считаю. Удача приходит к тем, кто готов ею воспользоваться.
Я заложил ему фундамент, поставил технику, сформировал навыки, которые помогают ему развиваться и сегодня. Позже родители решили продолжить работу с другой командой – сейчас Никита тренируется у Дмитрия Турсунова.
Сегодня моим основным учеником является Егор Козлов. Он пришел ко мне в пять лет, и с тех пор мы последовательно реализуем один долгосрочный план подготовки. Основную часть времени Егор тренируется в Испании. Я регулярно приезжаю к нему, а он – ко мне в Москву. Для его игрового стиля и характера именно испанская школа подходит лучше всего.
Так же когда-то было и с Асланом Карацевым. Для него решающим этапом стала работа в Германии, где мы несколько лет сотрудничали с немецкими специалистами.
Как вы понимаете, что одному игроку подходит немецкая школа, а другому – испанская?
Это приходит с опытом. В какой-то момент начинаешь чувствовать спортсмена. Аслану, например, не хватало дисциплины. Именно этому его научила немецкая школа. Помню показательный эпизод. После тренировки он садился на коврик и начинал смотреть телефон, тогда как остальные игроки отправлялись в тренажерный зал. Тренер подходил и спрашивал: «Аслан, что ты сейчас делаешь?» – «Тренировка закончилась». – «Для тебя – да. А теперь посмотри на остальных. Они еще час будут работать над физической подготовкой, делать растяжку, специальные упражнения. Вставай и иди вместе с ними». Вот так постепенно и формируется профессиональная дисциплина.
Лишь к 21 году Аслан окончательно понял, насколько важны режим, питание и восстановление. До этого вполне мог позволить себе съесть гамбургер, если тренер не видел. Показательной оказалась первая диагностика в Германии. После интенсивной тренировки специалисты взяли анализ на уровень молочной кислоты и сделали вывод: физическая выносливость пока не соответствует его таланту. Мне тогда сказали: «Парень очень одаренный. Он способен обыграть кого угодно, даже Федерера. Но пока его хватает только на первые круги. Во второй неделе турнира организм просто перестанет выдерживать нагрузки».
А ведь именно начиная с полуфиналов начинаются и рейтинговые очки, и серьезные призовые. Чтобы регулярно доходить до этой стадии, одного таланта недостаточно. Нужны режим, дисциплина, правильное питание, качественная физическая подготовка и умение терпеть. Именно этому немецкая школа научила Карацева.
В каком состоянии карьера Карацева сейчас? Он еще рассчитывает вернуться в тур?
Сейчас его рейтинг заморожен. Уже несколько лет Аслана преследуют травмы – спина, нога. Он предпринимал несколько попыток вернуться, но, как только нагрузки становятся серьезнее, организм снова начинает сигнализировать болью. Думаю, он еще попробует вернуться, но прогнозировать что-либо сейчас невозможно.
Конечно, бывают исключения. Мы видим, на каком уровне продолжают играть Новак Джокович и многие другие выдающиеся спортсмены. Но в целом возраст и накопленные травмы неизбежно дают о себе знать.
А что дает испанская школа?
Егору Козлову недавно исполнилось 14 лет. Он еще подросток, и психологически его нельзя сравнивать со взрослым спортсменом. Испанская система прежде всего воспитывает работоспособность. Помимо трех часов тенниса, каждый день – еще два часа физической подготовки и развития выносливости.
До 10 лет Егор был первой ракеткой России в своей возрастной категории. Но затем мы сделали ставку на европейские турниры, которые не учитывались в российском рейтинге. Когда появилась возможность выступать в соревнованиях ITF, я обратился к организаторам турнира в Боснии, с которыми давно знаком. Они предоставили Егору wild card. Он выиграл три матча подряд, заработал первые рейтинговые очки и очень достойно проявил себя, хотя большинство соперников были на несколько лет старше. Для спортсмена 2012 года рождения это действительно серьезный результат.
Большой теннис остается одним из самых дорогих видов спорта. Насколько сегодня успех юного игрока зависит от финансовых возможностей семьи?
Деньги важны, но они не решают все. Гораздо важнее, чтобы родители понимали, во что они идут, и были готовы пройти этот путь вместе с ребенком.
Когда ко мне приводят пятилетнего мальчика или девочку, я сразу честно рассказываю, что их ждет через несколько лет. Международные турниры, перелеты, проживание, тренировки – все это требует серьезных вложений. Многие воспринимают такие разговоры с недоверием. Спрашивают: «Почему вы уверены, что именно наш ребенок способен добиться серьезных результатов? Зачем думать о Европе, если ему всего пять лет?» В профессиональном спорте нужно видеть перспективу. Родители Егора Козлова поверили в этот путь с самого начала. Ради карьеры сына они переехали в Москву из Владимирской области. Такое решение требует огромного мужества.
Я объяснил им простую закономерность: чем раньше появляются результаты, тем быстрее начинают работать спортивные механизмы. Контракт с экипировщиком позволяет не тратить деньги на ракетки и форму. Попадание в сборную дает возможность участвовать в зарубежных сборах за счет федерации. Если спортсменом заинтересуется сильная академия, часть расходов она возьмет на себя. Поэтому ранний успех – это не только вопрос амбиций, но и способ сделать карьеру финансово устойчивой.
Конечно, остаются расходы, которые несет семья: поездки, проживание, участие в турнирах. Но свою работу я в таких случаях рассматриваю как вложение в будущий результат. Сегодня Егор занимается в академии Давида Феррера под руководством Эндрю Ричардсона, бывшего тренера Эммы Радукану. Академия предоставила ему скидку, потому что тоже понимает: перспективный игрок – это инвестиция в собственное имя.
При этом за спортивную стратегию по-прежнему отвечаю я. Для меня важно не количество тренировок, а ответственность за весь путь спортсмена.
Случается, что вы отказываетесь работать даже с талантливыми детьми?
Да, и довольно часто. Иногда родители приходят с просьбой взять ребенка, а я вижу, что предыдущий тренер сделал великолепную работу. Тогда говорю: «Не ищите волшебную таблетку. У вас хороший специалист. Оставайтесь с ним». К сожалению, некоторые родители убеждены, что смена тренера автоматически приведет к быстрому прогрессу. В действительности все наоборот. Подготовка теннисиста – это длинная дистанция. Если каждые полгода менять наставника, никакой системы не получится.
Бывает и другой формат сотрудничества. Родители не собираются уходить от своего тренера, но хотят услышать независимое мнение. Тогда мы проводим несколько совместных занятий, разбираем технику, обсуждаем ошибки, предлагаем упражнения. Иногда на такие консультации приезжают и сами тренеры.
© Личный архив Александра Куприна
Сколько спортсменов вы ведете одновременно?
Есть школа тенниса, где дети знакомятся с этим видом спорта, занимаются для здоровья, получают удовольствие от игры.
И есть академия, группа спортсменов, которые уже приняли решение строить профессиональную карьеру. Таких не более 12, с ними я работаю лично. Такой формат позволяет уделять каждому максимум внимания. Мне помогает супруга – она тоже профессиональный тренер.
В целом вам нравится текущий расклад? Размышляете о том, что нужно расширять академию, школу, куда-то перебазироваться, или находитесь во внутренней гармонии?
Опыт моей первой академии в Таганроге и достигнутые результаты привели к пониманию того, что мой самый главный ресурс – это я сам. Академия – это всего лишь база, корты, обстановка. Все упирается именно в человека, специалиста. Я востребован: зовут в Америку, Китай, Испанию, Казахстан. Есть и формальное признание: после того как Аслан Карацев стал призером Олимпийских игр, я получил звание заслуженного тренера России.
