Поехали: третий круг чемпионата России
Чего стоим, машинист? Этот риторический вопрос, пожалуй, самым наглядным образом иллюстрирует футбольные настроения минувшей зимы. Мы – словно застывшие в недоуменном нетерпении пассажиры поезда, застрявшего вдруг между станциями. На пути из ниоткуда в никуда. Меняемся ли в лице и поведении? Рисуем ли пейзажи с застывшей за окном натуры? Эта затянутая трехмесячная стоянка, разрывающая хрупкую целостность переходного полуторагодичного сезона, если честно, раздражала изрядно.
Разнообразная периодика едва ли не ежедневно публикует таблицы остановившегося розыгрыша. Но что там высмотришь? Быстрее в кофейной гуще привидится некий строго очерченный лик. Впрочем, применение таблице найти все же удалось. Что, если с каждой новостью из клубов мысленно прибавлять или убавлять командам, скажем, по очку? И, представьте, «Динамо» и «Анжи» сегодня уверенно пошли на обгон ЦСКА, располагающегося, напомню, вторым. Неожиданность ведь! Потому что в том году бело-голубой состав двигался на мягкой сцепке и сильно зависел от вдохновения Воронина, Кураньи и Семшова, в то время как Силкин апологетом ротации себя явно не проявлял. Чего уж там говорить о Дагестане, где что ни день, то взрыв. К счастью, трансферный.
Таблица умножения
У Слуцкого же – совсем другая таблица. ЦСКА сейчас вроде бы начал своевременно подтягивать в обойму кадры – на случай бесчисленных недомоганий Гонсалеса, продаж Хонды, взбрыков Мамаева или нервных срывов Дзагоева. Но, похоже, «Динамо» более серьезно нацеливается на вторую, лигочемпионскую позицию. Любимое слово Силкина минувшей зимой – «конкуренция». А значит – долгожданная ротация. Как вам селекционная игра на опережение? Перетащить из «Анжи» не успевшего развратиться огромными деньжищами Джуджака – это ж уметь надо. А выторговать у «Рубина» закаленного в российских реалиях Нобоа? В обозримом прошлом так нахально на рынке действовал, пожалуй, лишь Питер, по поводу и без повода ослаблявший прямых конкурентов.
А ведь серьезно, какие у «Динамо» остаются белые пятна? Нездоровье Шунина может вырасти в проблему, ибо Березовский в рамке уже давно стоит, а не играет. Вероятно, стоит поискать более оснащенного игрока в защиту на позицию Ломича. Но в общем и целом – комплект. И если Кокорин наконец прорастит в себе трудолюбие, родившееся на примере старших товарищей минувшей осенью, то и в нападении появятся варианты. Тот же Кураньи незаменимым выглядел далеко не всегда.
В ЦСКА неопределенности больше. В двух предыдущих сезонах весенняя озабоченность еврокубком оборачивалась для него и очковыми, и кадровыми потерями. Вратарская позиция – вопрос не менее насущный, чем в «Динамо». Пусть Чепчугову и удалось приумножить висты с Real, но на один матч мог настроиться и молодой Исупов. А где гарантии, что не затоскует без привычной поддержки безвременно покинувшего нас Вагнера Думбия?
К слову, о Вагнере. Коллеги уже успели не раз возмутиться: едва бразилец оплакал свой развод с ЦСКА, как тут же, не снимая траура, возликовал по случаю венчания с Flamengo. Где же ты наврал, братец Лав? Но, во-первых, ныне это такой пиар толерантный, коим, помнится, даже перебиравшийся в Питер Бухаров не пренебрегал. А во-вторых, Вагнер, по сути-то, и не соврал нигде. Просто у него такое большое сердце, в котором любви хватает на всех. Не говоря уж про косички под разноцветные ленточки.
Аналогии с семейной жизнью проведены отнюдь не случайно. Семилетняя служба по контракту Вагнера в ЦСКА – самый что ни на есть брак по расчету. Интересно, что некоторые психологи именно этот срок полагают критичным как для работы на одном месте, так и для свежести чувств в семье. Есть ли в такого рода союзе место пусть даже не для любви, но хотя бы для нормальных отношений? Есть. Если людей объединяют общие жизненные ценности.
Лав ласково целовал футболку, называл президента Гинера папой, а тот, глядя на чудачества «сынишки», наивно тешил себя надеждой, что бразилец уже никогда не распустит красно-синие косички и всю оставшуюся жизнь посвятит укреплению и приумножению славы армейской династии. Но нельзя удержать в своих руках солнечного зайчика.
А если взглянуть чуть более философски, то бразилец преподал всем нам хороший урок правильного отношения к жизни: любите все и вся, что вас окружает, куда бы вас ни забросило. Помнится, о такой же черте характера Гуса Хиддинка в свое время с восхищением рассказывал Бородюк: вот-де умеет человек получать удовольствие – нам такое не дано…
Гус Иванович и Змей Горыныч
Вот так плавно и незаметно мы зашли в очередной вагон нашего с вами футбольного состава. Вагон неоднозначный, крикливый, раздираемый внутренними противоречиями. «Анжи» в начале новой истории декларировал следующее: клуб намеревается выйти на лидирующие позиции в России, попасть в еврокубки, стать флагманом развития футбола в, пожалуй, самом проблемном регионе страны. Пока же то, что происходит в Махачкале (или все же в Кратове?), в концепцию создания суперклуба никак не вписывается. Сплошное кумовство. Одного тренера – Гаджиева – уволили по «просьбе» трибун. А ведь свой же был вроде, не засланный. Назначили следующего – Красножана, – которого тоже уволили по «просьбе», но уже игроков. Ныне в команде очередной новый тренер – Хиддинк. Для которого, исходя из логики событий, в случае неблагоприятного развития ситуации найдутся новые «просители».
В «Анжи» продолжается незримая битва титанов за близость к кормушке владельца клуба Сулеймана Керимова, публичным итогом которой как раз и являются тренерские отставки. Это как в случае со сказочным Змеем Горыныче: отрубишь одну голову, а на ее месте тут же новая вырастает…
Тренеры и команда в такой ситуации становятся заложниками кулуарной борьбы, а сами выступления незаметно отходят на второй план. С одной стороны, конечно, интересно – будто присутствуешь на съемках футбольного «Дома-2» и все видишь, что называется, в режиме онлайн. С другой – работать и уж тем более полноценно готовиться к сезону невозможно.
Красножана просто растоптали. Команда ведь всего-то два сбора провела, не сыграв ни одного официального матча. Безусловно, для иностранцев Красножан – никто. Факт немаловажный, но не критичный. Дело футболиста – выполнять указания тренера, кем бы тот ни был. Это и есть наивысшая степень профессионализма. В конце концов, и Роберто Карлос, и Это’О завоевывали все свои многочисленные титулы не в теннисе и не в плавании – у них были, возможно, чуть менее звездные партнеры, которым приходилось носить рояль. Так почему они свою звезду априори считают самой яркой?
Дело клуба, его владельца – заставить игроков уважать свой выбор. Красножана стоило поддержать, а не трусливо выгонять, идя на поводу у футболистов и их агентов. Что-то не поделили гендиректор Созиев и консультант (пахнет чем-то булгаковским, не находите?) Ткаченко, Это’О и Роберто Карлос в открытую выразили недовольство, а в дураках остался тренер.
С другой стороны, очевидно, что Хиддинку будет проще. Во-первых, при всем уважении к Красножану, Гус уже давно всем все доказал, и кредит по позиции «уважение» ему явно не понадобится. Во-вторых, Гус Иванович, кажется, уже настолько обрусел, что отечественную футбольную психологию знает назубок. Добрый-то он добрый, но опоздал на кормежку – вынь да положь тысячу евро. Хиддинк настолько талантливо использует метод кнута и пряника, что любое проявление сепаратизма пресекается на корню. В связи с этим любопытно, как заморские звезды отнесутся к тому, что с них начнут спрашивать как с игроков, а не хороших приятелей владельца клуба? Как голландец отреагирует на то, что футболист за его спиной может набрать номер Керимова?
Дорогие мои старики
А еще очень хочется, чтобы Гус за деньгами и легионерами не забывал про молодежь. Как это уже случилось в другом клубе, где все бразды правления передали в руки высокооплачиваемого иностранца. Несколько лет назад одна из профильных газет щедро дарила площадь технологическим инновациям, подсмотренным в зенитовской системе подготовки резерва. Сегодня такой материал вряд ли бы нашел себе место в этой газете. Потому что в теме, выражаясь журналистским сленгом, попросту нет «мяса». Отдача от зенитовской системы подготовки сейчас нулевая. Вспоминается история Максимова (хотя он и не является продуктом питерских академий) – эдакого сытого парня, который быстро, даже не приближаясь к основному составу, получил от футбола все, что его юной душе угодно. Свежи в памяти и не совсем трезвые похождения Ионова, которому Спаллетти вроде бы готов был открыть дорогу в большой футбол. Вызвала недоумение и затянувшаяся сибирская ссылка перспективного Канунникова, как раз совпавшая с громким приобретением Бухарова, целесообразность которого сейчас вызывает серьезные вопросы. И это притом что в заключительной стадии атаки доморощенный форвард уже тогда смотрелся как минимум не хуже наемного казанского.
Посмотришь на состав адвокатовской сборной, где по-прежнему жируют одни старики, – большую его часть доводили до ума родители или персональные тренеры-опекуны. Некоторых вознесли к условным футбольным высотам «упорная кость и природная злость».
Система развития-воспитания-продвижения молодых игроков категорически не работает. И зимняя трансферная политика клубов, предпочитающих покупать готовый товар, это в очередной раз доказала. А ведь о создании фирменной российской методики по доводке подрастающего поколения прежний президент РФС Виталий Мутко говорил еще лет пять–семь назад.
Боссы ведущих клубов, услышав подобные стенания, наверняка поморщатся: дескать, не ко времени, у нас сейчас, считайте, плей-офф на носу, нам как никогда профессиональные бойцы требуются, а лучше – в удвоенном количестве. Но ведь предстоящей горячей весной футбольная жизнь не закончится. Между тем «Динамо» подписывает с Семшовым – безмерно, кстати, уважаемым автором этих строк – контракт, обещающий Игорю безбедную карьеру вплоть до 37 лет. Столь же многоуважаемому и любимому Зырянову питерские эскулапы нострадамят игровое благоденствие аж до 42. Дай бог им здоровья! Но не сжигается ли этими подписаниями и прожектами мост здоровой конкуренции? Не снижается ли уровень заботы о формировании новой волны? Так и разобьется она, очередная, так и расплещется о рифы громких имен. Да что там говорить, если даже Гинер, в свое время безапелляционно обозначивший критический возраст армейского новичка 25 годами, покупает Вернблума, отметку эту уже полгода как преодолевшего. Скажете, буквоедство? Думаю, все же тенденция.
Каюсь, не приглядывался к селекционным успехам команд второй восьмерки. Но опасаюсь, что и они по-прежнему падки на имена, особенно закордонные. Хотя, если вдуматься, когда, если не будущей весной, лепить команду будущего – а молодежь, известно, самый благодатный для этого материал – «Краснодару», «Ростову», «Тереку»? Им по большому счету в утешительном турнире занять себя будет нечем. Вылететь-то надо постараться. Впрочем, там, кажется, уже планов громадье: во что бы то ни стало занять девятое место, потому что, пусть и виртуально, оно чуть-чуть похоже на первое…
Кто-то из современных талантливых ораторов отметил главную особенность текущей российской действительности: сегодня в моде исключительно те персоны, чьи имена на слуху. И совсем не важно, чем они в последнее время отметились, да и вообще отметились ли. Важно одно: а-а, знаем такого – пригодится! Боюсь, и футбол наш покорно плетется в строю этого шаблонного моветона.
После боя
Иначе чем можно объяснить три, пожалуй, самые громкие покупки минувшей зимы.
Про Ларису Павлюченко говорят, что это мудрейшая женщина, и во многом именно благодаря ее поддержке удалой молодец Роман добился в карьере того, за что мы его когда-то любили. А добился он многого. Еще говорят, что именно жена всякий раз останавливала Романа, когда тот по-русски хотел бросить все и рвался вернуться. Объясняла: если уедешь, значит сдался, проиграл в борьбе с самим собой и со своими злопыхателями. Борись! Вернуться всегда успеешь!
Однако теперь она с мужем не спорила. Не приводила аргументов. Поплакала немножко и собрала чемоданы в Москву. Аргументы закончились. Настал тот страшный момент, когда не держит уже ничто. Ни амбиции, ни прежнее горячее желание что-то доказать ненавистному Реднаппу, ни вид на жительство, до которого оставалось полгода. Семейство Павлюченко едет в Москву. Роману надо играть. Забивать. Улыбаться своей фирменной улыбкой. И собираться на Евро-2012, куда он поедет даже на одной ноге.
Как, кстати, и Аршавин. Который тоже вернулся, пусть пока условно и на полгода. Самый терпеливый, зрелый, несгибаемый, но даже над ним время властно. Это у нас в России слова ветеранов мигом теряются и к ним относятся как к брюзжанию маразматиков. В Англии все иначе: там жесткие фразы из уст легенды вроде Невилла или Парлора воспринимаются не как частное мнение, а как приговор независимого судьи. Таких вердиктов Аршавину в последнее время, увы, не счесть. Это в России до сих пор помнят «покер» на Anfield Road. В Британии его забыли буквально на следующий день.
Казалось бы, совсем недавно они, перевязанные ленточкой голландского производства, отправились покорять чужие страны. В конце августа 2008-го убыл в Лондон Павлюченко. В феврале 2009-го после мучительной эпопеи с трансфером дебютировал в Arsenal Аршавин. На закате августа того же года Билялетдинов перебрался в Ливерпуль…
И возвращаются они друг за другом следом, скованные одной цепью. От Евро до Евро – четырехлетний цикл. Кто-то раньше, кто-то позже. Очень хочется, чтобы их исход из Европы возвестил о грядущей смене поколений. Время героев былых времен потихоньку уходит. Сборная нуждается в новой молодой шпане. Голодной до побед, а не бежавшей с поля боя. Не просто не хватает – уже элементарно скучно без наглых, пока бестолковых и ничего не выигрывавших, зато лезущих в горы, а не медленно едущих с ярмарки.
А пока тех, кто возвращается, ждет домашняя слава. Встречать Павлюченко в лютый мороз поехало больше народа, чем собиралось на иные митинги. Но потом слава пойдет на убыль. Из звезд они превратятся в обычных футболистов, затем в сварливых ветеранов, которым все труднее найти место даже на скамейке запасных. После придет время заканчивать. Дальше – тренерский свисток, уютное директорское кресло, шезлонг на Мальдивах… И наконец – забвение.
Жалеть их не надо. Пока они пышут здоровьем, налегают на рекорды, возможно, даже что-то еще выиграют. И плакать не надо. Даже немножко. Оставим это их женам.
